как-то раз X обмолвился о чём-то, о чём говорить широкому кругу не следовало. он этого и не делал, но обстоятельства сложились так, что я стала свидетелем. и позже доверила эту информацию отцу, полностью уверенная в том, что дальше разговора это не выйдет и вообще забудется, как это обычно и бывает. как бы то ни было.
сидя в помещении с огромным количеством людей, отец был агитатором. а потом поднял ту самую тему. не называл имён, но смотрел на конкретного человека, словно обвиняя его в том, что смел сказать подобное, а этот человек с напряжением и взглядом человека преданного смотрел на меня. я во всех красках своё предательство ощутила.

тц в виде сталинской высотки, дорого-богато выглядит. X и Y, выйдя из здания, остановились у его входа. решив, что момент подходящий, я метнулась к X и, умоляя, начала просить прощения. его реакция оставляла желать лучшего. 
приблизиться к X — само по себе достижение, его нужно ценить. я не только не приблизилась к исполнению этой цели за последние годы, но и одним неправильным решением навсегда отрезала себя от такой возможности.
теперь, с особым отношением к моей конкретной персоне, он смотрел на меня со скрытым недовольством и желал поскорее закончить сие действо. поэтому, сказав пару ласковых неласковых, не придавая конкретной окраски своим словам, он с Y двинулся по своим делам.

вечер, сугробы и каток. казалось бы! но такой был у них досуг. видимо, одно из немногого, что их радовало.
Y в ожидании своей очереди лежал на утромбованном сугробе. подобравшись к нему, я присела рядом с ним и начала разговор. это не было складным, и, наверное, я пыталась найти оправдания. а ещё скоротать время, чтобы в последний раз увидеться с Х.
зашёл разговор в дебри для меня опасные, коснулось это моих личных данных в соцсетях, всего, что я скрываю от глаз посторонних — сталкерство за Х. впрочем, как и выше, от настоящей жизни это мало отличимо. Y сразу уловил что-то такое, а потому, не возвращая мне устройство, зафиксировал все эти данные со словами: "давно хотел и всегда было интересно". обречённо я уже представляла, как эти данные перекочёвывают в руки Х. и даже не противилась. улыбнулась тоже обречённо и застыла в ожидании.
и вот он, наконец-то, приходит к нам, в то время как Y мимолётно просачивается туда, откуда вернулся его друг. 
видит меня. понимает. заводит последний разговор.